Правильное питание и диеты

Как Сэр в масле

Он приходит один. Без пиарщика, без агента, без помощника, без охранника. Без шестерок любого рода. Такси высаживает его на углу, и остаток пути он проходит пешком. Он немолод, но не горбится, не проседает под грузом лет. Чересчур высокий, чересчур внушительный, чересчур прямой. Двигается осторожно, но уверенно. Его волосы, некогда русые густые и волнистые, теперь побелели и редеют на макушке. Его кожа испещрена пигментными пятнами. На нем удобные туфли.

На стариков легко смотреть сверху вниз. Когда сам еще молод — проще простого. Женщина, наблюдающая, как его гримируют перед съемкой, шепчет мне, что хотела бы забрать его домой — словно он щенок. Он не щенок. Чуть позже я спускаюсь за ним по лестнице, и на мгновение мне хочется поддержать его под руку и дать опору, как будто я его сиделка. Я ему не сиделка.

Достаточно сесть напротив и взглянуть ему в глаза — голубые с поволокой, — чтобы понять: он ничуть не изменился. Его голос повелевает. Услышав его, ты сразу вспоминаешь, кто перед тобой, где он побывал и что сделал. Когда Кейн улыбается, а улыбается он часто, его верхняя губа приподнимается, словно без его ведома. Это улыбка сорвиголовы, пусть и немолодого, радостная улыбка того, кому все сошло с рук. Вы видели эту улыбку много-много раз, видели и прищур, который ее сопровождает. Вы видели его лицо, когда он невозмутим. Видели, как его лицо искажает угрожающая гримаса.

Сегодня передо мной Майкл Кейн в добром расположении духа. Актера снимают в гастрономическом пабе в Челси, в десяти минутах ходьбы от его лондонской квартиры. Таверна «Свиное ухо» оформлена под ретро-поп: выцветшие от времени афиши кино, стенды со старыми газетами. Высоко на стене — и как мы раньше не заметили? — Кейн в образе мстительного гангстера из классики криминального жанра «Убрать Картера» (1971). Щеголь с непроницаемым лицом, ствол в руке нацелен в камеру. Не согласится ли он потом сфотографироваться на фоне плаката? Конечно. «Тогда я лучше улыбнусь, ладно? А он пусть хмурится».

На стене в рамке красуется портрет футболиста Джорджа Веста. Они часто встречались в клубе «Бродяга». Каким он был, Джордж?

— Я плохо его знал. Да он и сам себя не знал. Он ведь не просыхал.

Тут Майкл вспоминает бывшего компаньона, ресторатора Питера Лангана, который тоже любил заложить за воротник и сгорел заживо, когда пытался убить свою жену. С Лангана разговор переходит на шеф-поваров Марко Пьера Уайта и Гордона Рамзи, которых он позвал работать в «Кантину», свой ресторан в районе Челси Харбор. Кейну пришлось поставить на кухне тройную дверь: ругань стояла такая, что посетители жаловались.

— И меня еще спрашивают, почему я бросил ресторанный бизнес!

Истории льются из него одна за другой. Светская хроника и повседневность. Билли Уайлдер и Фрэнк Синатра — и домашняя брускетта его собственного приготовления. Лиз Тейлор и «Роллинг Стоунз» — и эвакуация в Норфолк во время войны. Джон Уэйн и Хоакин Феникс — и его садик в Сюррее. Обнаженные африканки в первых кадрах «Зулусов» (1964), переодевание в женское платье для роли в фильме «Бритва» (1980) — и цены на жилье (заоблачные) да жара (невыносимая).

Сидя в кресле перед гримером, он объясняет, что натер лоб докрасна на съемках фильма Паоло Соррентино «Молодость», где должен носить парик, который приклеивают и мучительно отдирают каждый день. Это продолжение «Великой красоты», за которую Соррентино получил «Оскар» в прошлом году, — Кейн играет дирижера. Он нанял репетитора, чтобы правильно держать дирижерскую палочку («долбаное плечо сведет меня в могилу»), и теперь показывает несколько взмахов. Он с нетерпением и опаской ожидает съемок сцены, где ему придется дирижировать Лондонским симфоническим оркестром.

«Молодость» — картина, типичная для Майкла Кейна: в ней нет ничего типичного. На первый взгляд, его обширная фильмография лишена закономерностей. Перед нами актер, который дважды получил «Оскар» — за «Ханну и ее сестер» (1986) и «Правила виноделов» (1999) — и еще трижды номинировался на эту премию, сыграв сложных героев «с червоточиной». На экране за ним гонялись пчелы-убийцы («Рой», 1978), аниматронная акула («Челюсти-4: Месть», 1987) и его собственная правая і рука («Рука», 1981).

Кейна снимали Вуди Аллен и Ричард Аттенборо, Оливер Стоун и Кен Рассел, Джон Хьюстон и Джозеф Лоузи, Нора Эфрон и Кристофер Нолан. И Стивен Сигал.

Его напарниками были Ширли Маклейн и Лоуренс Оливье, Мэгги Смит и Омар Шариф, Тревор Ховард и Джек Николсон, Сидней Пуатье и Дирк Богард, Ноэль Кауэрд и Скарлетт Йоханссон. И лягушонок Кермит.

Я говорю, что так и не сумел точно установить, сколько фильмов в его послужном списке. По его прикидкам, их где-то около ста семидесяти пяти, если учесть ранние работы статистом, когда его имя даже не указывали в титрах, и примерно девяносто, если считать заметные роли. По моим подсчетам, фильмов у него около ста двадцати, но пока эту статью опубликуют, мои данные безнадежно устареют.

Подростки помнят его в основном по роли Альфреда, дворецкого в фильмах про Бэтмена. Может статься, фраза «Подготовить бэт-мобиль, мастер Брюс?» однажды станет такой же известной, как и его знаменитые «Тебе нужно было просто вышибить дверь!» из «Ограбления по-итальянски» или «Ты здоровый парень, но в плохой форме» из «Убрать Картера».

Но дольше всего его будут помнить по лентам шестидесятых, когда он был лицом свингующего Лондона и нового «бесклассового общества». Природа не наделила его выдающейся красотой (как его соседа по квартире Теренса Стэмпа) или телосложением Адониса (как их общего друга Шона Коннери), и все же Кейн был привлекателен и лих. На экране он излучал обаяние — и все без особых усилий. Он просто был собой.

Прошло уже полвека с тех пор, как в прокат вышла драма «Зулусы», где он сыграл свою первую важную роль. Картина должна была прославить исполнителя главной роли и по совместительству продюсера Стенли Бейкера, но Кейн — с тех пор это стало традицией — перетянул все внимание на себя.

Через год, в шестьдесят пятом, Кейн сыграл Гарри Палмера, доморощенного Джеймса Бонда, в триллере «Досье Ипкресс». Парень из низов, рассерженный молодой человек на секретной службе, он прятал взгляд за толстыми стеклами больших очков, которые стали его личной приметой. Когда в 1966-м в прокат вышел фильм «Альфи», Кейн уже был суперзвездой.

Сэр Майкл Кейн — сейчас ему восемьдесят один — говорит, что считает себя пенсионером. Он приезжает в город по вторникам и четвергам вместе с женой Шакирой, с которой прожил сорок два года. Они устраивают свои дела и встречаются с друзьями. Остальное время супруги коротают в сельской глуши, неподалеку от Лезерхеда, в доме, перестроенном из сарая. Майкл готовит, возится в саду, гоняет с внуками мяч.

Кейн снимается в кино, когда материал слишком хорош, чтобы от него отказаться. Такое случается нередко. Кроме фильма Соррентино есть еще «Представь себе», семейная драма с Аль Пачино, психологический триллер «Элиза Грейвз», фантастический боевик-головоломка Кристофера Нолана «Интерстеллар» и «К^этап: Секретная служба» — снимает режиссер комедии «Пипец», Кейн играет нечистого на руку чиновника из Уайтхолла.

Мы беседуем за обедом, в ресторанном зале на втором этаже. Паб закрыт, кроме нас, никого нет. Мы усаживаемся за маленьким столом на двоих у окна, за которым буйствует лондонское лето. Я наливаю нам воды, и мы начинаем.

Читайте так же:

Комментарии запрещены.